Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
https://sport.mail.ru/news/olympics/25782994/

Почему Родченкова уже не остановить

В четверг и пятницу Григорий Родченков потряс мир. Его шокирующие откровения о допинге в России и дикие призывы в адрес руководителей ВАДА и МОК разлетелись по всем уголкам планеты, в одночасье превратив его в самую обсуждаемую фигуру на свете.

СЭ рассказывает о Григории Родченкове то что не знает никто.
Увеличить
Видимо, что-то случилось...

К сожалению, мы не можем отобразить эту картинку.
Сообщение об ошибке автоматически отправлено
в службу поддержки. Приносим свои извинения

Но для широкой аудитории большая загадка: кто этот человек и чего он добивается? Корреспондент «СЭ», хорошо знакомый с Родченковым, делится своими впечатлениями от общения с этим загадочным персонажем, который пошел против своей страны. Мы заранее предупреждаем — статья предназначена для взрослой аудитории: текст содержит переписку нашего автора и Родченкова, которая изобилует непристойными английскими выражениями.

Григорий РОДЧЕНКОВ
Родился 24 октября 1958 года в Москве.
Выпускник МГУ, кандидат химических наук по специальности «аналитическая химия», мастер спорта СССР по легкой атлетике.
С 1985 года в течение девяти лет работал в Московском антидопинговом центре.
В 1990-х работал в антидопинговом центре в Калгари (Канада).
С 6 июля 2006 года по 11 ноября 2015 года — директор ФГУП «Антидопинговый центр» (единственной аккредитованной ВАДА российской лаборатории).
В 2013 году сестра Родченкова трехкратная чемпионка мира по бегу Марина Родченкова была признана виновной по обвинению в незаконном обороте сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта.
В конце 2015 года после своей отставки вместе с бывшим заместителем Тимофеем Соболевским переехал в США.

Мы с Родченковым знакомы. В прошлом нередко созванивались по рабочим вопросам. Делали интервью в московской антидопинговой лаборатории, которой он прежде руководил. В более или менее постоянном контакте находились и после того, как он уехал в США. Не скажу, что знаю его как облупленного, но кое-какие представления о свойствах его характера имею.

Григорий Михайлович — очень необычный человек. Он напоминает героя комикса о супермене — гениального, но сумасшедшего профессора, который хочет захватить мир. Вечно взъерошенные волосы. Безграничная энергия. Грандиозные и невероятные планы в голове. Надо было видеть, как он заводится, когда начинает рассуждать об очередном допинговом повороте. Когда к нему в голову приходила новая идея, он не мог держать ее в себе. Мог позвонить среди ночи и в красках описать ее. И очень удивлялся, если слышал в ответ сонный голос. «Ты же корреспондент, в любую секунду должен быть наготове», — поучал он меня.

«Как явление, объективно присущее спорту, совсем искоренить допинг вряд ли возможно».

О его склонностях к фантастическим идеям знали многие. И относились к этому снисходительно: «Это же Гриша…» Однако, когда дело доходило до каких-либо реальных допинговых событий или новых фармакологических разработок, весь скептицизм отбрасывался. Поскольку в этом деле Родченков — ас, имеющий доступ к огромному количеству профессиональной информации. Из-за этого многие закрывали глаза на его странности.

В МЕЧТАХ О РЕВОЛЮЦИИ

От своей работы Родченков получал безграничное удовольствие. Когда мы делали с ним интервью в московской лаборатории, приходилось несколько раз прерываться. Григорий Михайлович то выпивал какие-то таблетки, то ходил в туалет, предварительно взяв с собой баночку для анализов. А по возвращении подписывал ее и ставил на строго определенное место на полочке.

Есть еще одна вещь, которую Родченков любит, наверное, даже больше своей работы и фантастических рассуждений. Это внимание к собственной персоне. Впервые я об этом задумался вскоре после того самого интервью в его лаборатории. Через некоторое время после разговора он начал спрашивать, когда выйдет публикация. В общем-то нормальная реакция человека, поговорившего с журналистом. Однако сразу после нашего общения меня отправили в командировку, и руки до работы над интервью не доходили. Но герой продолжал звонить и с каждым разом все настойчивее требовать выхода материала.

«Накануне Олимпиады в Сочи у Московского антидопингового центра возникли некоторые разногласия с ВАДА в части организации процесса, но с учетом того, что за два последних года построены и полностью оснащены новейшим оборудованием лаборатории в Москве и внедрены 30 самых современных методик, все вопросы сняты».

После того, как на ARD вышел фильм о допинге в российской легкой атлетике, Родченкову, зная его воображение и острый язык, настоятельно порекомендовали воздержаться от комментариев. Тогда Григорий Михалыч ударился, так скажем, в творчество. Он в красках рассуждал о том, как теперь полетят головы тренера сборной Маслакова, президента федерации Балахничева и президента ИААФ Диака. Высмеивал журналиста Зеппельта. Потом переключался на Запад и рассуждал о допинговых пристрастиях британской бегуньи Полы Рэдклифф. С радостью разбирал желтоватые зарубежные статьи, в которых утверждалось, что нечестными методами побеждал в свое время нынешний президент ИААФ Себастьян Коэ.

Родченков не боролся за какую-то свою правду, не хотел смены какого-либо неугодного себе чиновника. Он мечтал о крупных, массовых переворотах и разоблачениях. Только тогда я даже подумать не мог, что он не просто о них мечтает, а грезит принять во всем этом активнейшее участие.

АЗБУКА ПРОФЕССОРА

Время от времени Родченков присылал мне (думаю, не только мне) электронные письма, в которых содержались придуманный им алфавит, стишки и байки. Большая часть из них у меня сохранилась. Приведу некоторые отрывки из его алфавита, опуская лишь невозможные для выхода в печать непристойности. Например, после выхода фильма Хайо Зеппельта, я получил следующие сочинения:

«В». Виталик Степанов. Бывший марафонец и девственник, женившийся на Юлии Русановой и ощутивший свист в ушах (whistle) во время секса. Рассказал об этом Хайо Зеппельту и после его фильма был признан ВАДА как первый whistleblower (свистун, осведомитель. — Прим. «СЭ») с территории России.

«Х». Хайо Зеппельт — тележурналист в очках, сидящий у компьютера и летающий в самолете. Создатель фильма про Виталика Степанова и его дисквалифицированную жену.

«Ю». Юлия Степанова — бывшая бегунья и первая жена Виталия Степанова. Ее фирменный blowjob (оральный секс. — Прим. «СЭ») позволил Виталику Степанову почувствовать свист в ушах, а себя крутым whistleblower’ом, о чем он сообщил в ВАДА. Семейная пара попросила Хайо Зеппельта снять короткий порноролик, но тот ужаснулся и уехал снимать фильм и Лилию Шобухову в Белореченск.

«В Сочи работали 18 зарубежных экспертов плюс пять наблюдателей МОК из числа директоров ведущих лабораторий мира: Монреаль, Лондон, Барселона, Осло, Гент. Все они стали свидетелями того, как впервые на Олимпийских играх проводился анализ на новые пептидные допинговые препараты. Мы использовали новейшую методику, которую тут же взяли на вооружение зарубежные лаборатории».

А вот чуть более поздние фрагменты. Родченков обновлял свой алфавит постоянно:

Дик Паунд — бывший президент ВАДА, возглавивший независимую комиссию по просмотру фильма и написанию отчета в двух частях. Бывший пловец, получивший свое имя за свой дик (dick — так в английском просторечье называется мужской половой орган) весом в один фунт (pound — фунт), который не влезал в узкие плавки прошлых времен. Из-за Дика Паунда пловцы перешли на удлиненные, плотно облегающие шорты, после чего Дик Паунд утратил свое преимущество и значимость.

Ламин Диак — президент ИААФ, похожий на Бармалея. Удачные съемки африканского Бармалея, скрывающего списки дисквалифицированных спортсменок под свисающими одеждами, всколыхнули легкоатлетический мир и вдохновили лорда Себастьяна Коу, пришедшего ему на смену. Чтобы запутать следствие, назвал своего сына Папой. Арестован и сидит дома в Париже.

Оливье Рабин — мелькнул в фильме с озабоченным лицом, после чего был со свистом откомандирован в Россию для упаковки мочи, собранной Виталиком Степановым, однако прошляхтил (Дмитрий Шляхтин — новый президент ВФЛА. — Прим. «СЭ») 1417 проб и свалил всю вину на Григория Родченкова. Старался доказать Дику Паунду, что и Рабин в поле воин, поэтому паковал мочу собственноручно. Часто бывает в Париже.

Пола Рэдклифф — женоненавистница, показывавшая мужские результаты в марафоне. Одержима допинговой паранойей. Прошляхтила свой биологический паспорт, но попала под защиту сэра Крейга Риди и лорда Себастьяна Коу. Не может объяснить, почему бежала быстрее накачанных допингом российских бегуний, и срывается на истерику.

Кирдяпнуть — выпить в темноте по ошибке стакан водки вместо стакана молока. Этим злоупотреблял какой-то победитель Олимпийских игр, прозванный за это Кирдяпкиным.

Оруэлл — английский писатель, не понятый Виктором Чегиным. Во время своей первой поездки за рубеж Чегин купил, потратив зазря свои суточные в валюте, книгу Оруэлла «1984», ошибочно полагая, что там описан бойкот Олимпийских игр в Лос-Анджелесе, из-за которого первобытные мордовские ходоки не смогли получить свои первые доллары в виде суточных и побороться за олимпийские медали с американскими киборгами и терминаторами.

Это лишь малая часть творчества Григория Михайловича, по которому можно сделать определенные выводы о душевном состоянии этого специалиста.

ШОУ ДЛЯ ЦЕЛОГО МИРА

Из США Родченков впервые позвонил мне в конце декабря. Говорил, что живет в Лос-Анджелесе, кто-то снимает ему квартиру. Чувствует себя превосходно. Сетовал, что соскучился по русской речи. Правда, чем занимается — не рассказывал. Отвечал неопределенно.

Теперь же понятно, что Григорий Михайлович в действительности работает в калифорнийской Санта-Розе в частной лаборатории Redwood Toxicology Laboratoty. Она не аккредитована ВАДА, но предоставляет услуги по тестированию. Родченков был принят на работу вместо Виктора Уральца. Того самого, который в 1985 году взял к себе в Московский антидопинговый центр молодого, но крайне перспективного сотрудника Гришу. Через некоторое время Уралец — один из ведущих советских специалистов в области антидопинга — переберется в США. Видимо, контакт ученика с учителем с тех пор не прерывался.

Как и у многих людей с повышенным чувством собственной важности, у Родченкова наблюдалась мания преследования. Чуть ли не в первую нашу встречу он упомянул о ФСБ. А во время интервью в его кабинете, когда специалист уходил со своей баночкой для анализов в туалет, мне приходилось выходить в приемную. Секретарше строго-настрого наказывалось следить за мной. Чтобы не просочился в его кабинет и не начал рыться в бумагах.

«Олимпийские пробы принадлежат МОК. Он находится в Лозанне, там же хранятся пробы… Там целый подвальный этаж с коллекцией олимпийских проб начиная с 2000 года. Это несмотря на то, что допустимый восьмилетний срок проверки истек! Если честно, мне непонятно, почему пробы можно перепроверять только восемь лет, а не восемнадцать».

Возможно, поворотным моментом в судьбе Родченкова и сигналом к действию стала смерть бывшего исполнительного директора РУСАДА Никиты Камаева. Григорий Михайлович был по-настоящему шокирован и убежден, что его близкий товарищ умер не своей смертью. Боялся Родченков и за себя. Когда в прессу просочилась информация о передаче на американском телевидении с Виталием Степановым, который записал 15 часов разговора с Родченковым по скайпу, я написал экс-руководителю московской лаборатории. Спросил, как у него дела. «Я в порядке. Но ненадолго», — ответил Григорий Михайлович.

Не берусь утверждать, что из сказанного Родченковым в шокирующем интервью New York Times, вышедшем спустя пару дней, правда, а что вымысел. Но уверен, если у Григория Михайловича есть хоть одна зацепка, хоть один маленький уголек из Сочи-2014, он сделает все, чтобы раздуть его до пожара, каких прежде не было. И после того, как он почувствовал невиданное доселе внимание и интерес к своей персоне, его уже не остановить.

Олимпиада в Сочи — только повод. Родченков мечтает устроить настоящее шоу для всего мира и стать его главным героем. Доказать неэффективность всей мировой антидопинговой системы. Увидеть ужас сэра Риди и Томаса Баха — вот, что ему нужно. Его недавнее открытое письмо президентам МОК и ВАДА лишнее тому подтверждение. Скорее всего, шокирующие новости от Родченкова теперь польются рекой. И будет продолжаться это до тех пор, пока выдуманный мир и реальность не перепутаются в его рассказах окончательно.

«СКЕЛЕТОВ В ШКАФУ ХРАНИТСЯ МНОГО»

Что еще говорил Родченков в интервью «СЭ» в сентябре 2014 года.

«В 90-е были люди, которые ехали на соревнования и четко знали, что проверять их там не будут. Или же пробы брали, но в лабораторию они не попадали. Другой вопрос: кто разрешал это делать. Не секрет, что положительные пробы на предварительных соревнованиях были, например, у Карла Льюиса».

«На первом чемпионате мира по легкой атлетике в Хельсинки в 1983 году выявили большое количество положительных допинг-проб, но ни одна из них не была оглашена. А во время лос-анджелесской Олимпиады просто пропали все документы пойманных спортсменов — и нет больше положительных проб. Скелетов в шкафу хранится много, но вот кто этим управлял, сейчас сказать сложно».

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Новости Олимпийских игр

WADA еще раз проверит РУСАДА через четыре месяца после восстановления агентства в правах

МОСКВА, 23 августа. /Корр. ТАСС Альберт Стародубцев/. Всемирное антидопинговое агентство (WADA) намерено провести второй аудит Российского антидопингового агентства (РУСАДА) через четыре месяца после того, как будет восстановлен статус соответствия РУСАДА Всемирному антидопинговому кодексу. Об этом сообщила ТАСС начальник отдела реализации образовательных программ Российского антидопингового агентства Маргарита Пахноцкая.