Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
26 октября, источник: Советский спорт

«Не смей оскорблять моих близких»: жесткий ответ Федора Емельяненко брату

Открытое письмо Федора Емельяненко к своему брату Александру, который недавно дал интервью «Советскому спорту».

Источник: Советский спорт

На сайте «Советского спорта» пару дней назад вышло интервью Александра Емельяненко. Боец довольно-таки жестко высказался по поводу окружения своего брата Федора.

Федор Емельяненко написал открытое письмо своему брату. «Советский спорт» его публикует.

Моя репутация как спортсмена не нуждается в защите. Но в своих интервью Александр задевает честь близких мне людей. Только поэтому я пишу это открытое письмо к Александру и рассказываю, как все было на самом деле, чтобы показать, что не все, что опубликовано, — правда.

Александр, отвечу тебе в первый и последний раз.

Во-первых, для тебя и твоего окружения я не Федя, а Федор.

Критика в сторону Вадима Финкельштейна необоснована. Вадим как никто другой очень много для тебя сделал. После запрета атлетической комиссии драться в Америке именно Вадим поддержал тебя и продолжал давать бои. Когда после некоторых инцидентов ни один промоушен не работал с тобой, именно Вадим организовал тебе поединки с Римкявичусом, Глуховым и Монсоном. Заработал ли на тебе Вадим? Скорее потерял. Он оплачивал твои сборы в Голландии и Кисловодске. Также Вадим оплачивал твое лечение. Кроме того, ты мог прийти в ресторан «Летучий Голландец» с компанией и уйти, даже не заплатив. Вадим на протяжении всего сотрудничества оказывал тебе хорошую поддержку!

Неприятно слышать, что у тебя не было тренеров, кроме Гаврилова Василия Ивановича и Протасова Олега Валентиновича. Это слова абсолютно неблагодарного человека.

К тренеру Гаврилову я пришел в 11 лет, когда тебе было 6. И в зал ты попадал, когда тебя не с кем было оставить дома. Тогда ты не тренировался, а просто скакал по матам. Через год Василий Иванович передал меня и ребят, с которыми мы тренировались, в спортивный класс Владимира Михайловича Воронова. И после он перестал вести тренерскую деятельность. Василий Иванович никогда не был твоим тренером.

Как быстро забылось, сколько времени, сил и здоровья потратил на тебя Владимир Михайлович Воронов. Забылось и то, что благодаря ему, удалось избежать многих последствий твоего девиантного поведения. Он взял этот груз на свои плечи, и твои поступки не имели последствий. Если бы не тренер, ты бы сел гораздо раньше и на гораздо дольше. Владимиру Михайловичу вообще надо поставить памятник за то, сколько он всего претерпел с тобой, Александр.

Александр Васильевич Мичков провел много времени в зале, пытаясь поставить технику, когда у тебя волочились ноги.

У тебя хватило смелости рассказать об ударах палками по твоей заднице, но не хватило смелости назвать имя тренера и рассказать за что. Это тоже своего рода лицемерие. Тебя пороли, как сидорову козу, за то, что ты, мягко сказать, нарушал режим. Но теперь ты только говоришь о прогулах тренировок.

Наверное, очень обидно Воронову Владимиру Михайловичу, Мичкову Александру Васильевичу, Меньшикову Олегу Владимировичу, Разумову Юрию было прочитать, что ты давно перерос своих тренеров, что они тебя ничему научить не могут, и что ты тренировался по видео кассетам.

Кроме того, ты ото всех скрывал, что сел в тюрьму в первый раз в 18 лет. Объясняя свои татуировки просто хобби. Но есть не один десяток фото с сокамерниками, и помещение явно не похоже на тату салон. В этот период мои близкие люди тебе очень помогали, но ты порвал с ними все отношения и облил их грязью после выхода из тюрьмы. Это свинство, плохо говорить о людях, которые тебя поддерживали и искренне переживали за тебя.

И никто не вынуждал тебя выходить на бой с Крокопом. В то время я участвовал в Гран При, и вопрос о бое с Мирко для защиты моего пояса даже не поднимался. Тогда Мирко проиграл Ренделману, и ты ухватился за эту возможность, несмотря на то, что Вадим, Владимир Михайлович, Александр Васильевич и я были категорически против по причине твоего отношения к тренировкам и твоей неопытности. И всячески отговаривали тебя от этого.

Но и подготовке не было уделено достаточно внимания. Регулярно нарушался спортивный режим и вместо того, чтобы сбросить вес и использовать быстрые руки, ты набрал лишние килограммы. Никто тебя под молотки не бросал. Во время подготовки я неоднократно искал тебя по барам и находил за распитием спиртных напитков. Команда просила тебя придержать вес, но вместо этого ты напил пивной живот, и результат этого все видели.

За это я не должен говорить спасибо. Ты упал от Мирко. И это получило особую окраску. В каждом интервью мне начали напоминать, что Крокоп нокаутировал моего брата.

Кроме того, тебя никогда не засуживали. Так как ты особо и не боролся. Ты везде говоришь, что являешься мастером спорта по дзюдо, но это неправда. Ты всем врешь. Ты немного боролся по юношам и результата не показал. А звание мастер спорта ты получил только после тюрьмы по самбо, а не дзюдо.

По поводу продукции на миллионы долларов, которые ты приносил на телеканалы. Это тоже ложь. Никто тебе тогда никаких прав не давал. Ни в одном контракте у бойца нет прав на трансляцию, тем более у тебя в то время, как у неизвестного спортсмена. Единственное, что было у тебя, это кассета, которую я просил у японских организаторов для личного пользования. Как известно, для телевидения должны быть права для показа, и должен быть материал на специальном носителе, а не на любительской кассете или диске. Права на передачу и продажу трансляции только у организаторов.

Меня также удивили резкие высказывания про американцев. В Америке всегда очень хорошо принимали меня и мою команду. Когда ты в единственный раз ездил в США, к тебе тоже было хорошее отношение. Но атлетическая комиссия запретила биться по известной тебе причине.

Что касается заработка. Я действительно зарабатываю в Америке, но налоги с моего гонорара оплачиваются здесь, в России.

Ты не имеешь об этом ни малейшего представления, но говоришь об этом с уверенностью.

По поводу ситуации с Сергеем Харитоновым. Я всегда мог ответить на высказывания других людей, но не считаю нужным реагировать на чьи-то выпады и давать повод для пустой болтовни. То, что Серега с нами жил и тренировался, я помню. Но тебя никто не просил ввязываться и переходить на низкую базарную брань. Не буду поддерживать тебя в этом и спасибо не скажу.

Как ты можешь говорить о том, что ты христианин и читаешь Библию, но при этом рассказываешь пошлые анекдоты и приписывать их мне. Не смей от моего имени говорить гадости и рассказывать пошлые истории, оскорбляющие людей.

Я обычно не комментирую чужие высказывания. Но уже не мог молчать. Это мой первый и последний ответ тебе. Я считаю ниже своего достоинства постоянно реагировать на твою ложь.

А теперь самое главное из-за чего я решил делать это открытое обращение к тебе: ты назвал моих близких подхалимами. Подхалим — это ты, Иуда. Мне жаль, что страдают люди, которые оказались рядом и поддержали тебя в сложную минуту. Я сам лично принес за тебя извинения не одному десятку людей.

В мой адрес можешь говорить, что хочешь, я это стерплю, но не смей оскорблять моих близких.

Кроме того, моего окружения ты не знаешь. А все те, кого знаешь, помогали тебе и сыграли немаловажную роль в твоей жизни. И ты мизинца их не стоишь. Поэтому ты не в моем окружении.

Ты говоришь в одном из интервью, что можешь мне помочь. Но не понимаю, как ты, недавно освободившийся и постоянно «нарушающий режим», можешь помочь. Разве что только одним — не позорить фамилию моих родителей и мою!