Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
14 августа 2014, источник: Спорт-Экспресс

Вспомните о Черепанове

Обозреватель «СЭ» — затянувшемся расследовании смерти защитника «Ермака» Артема Соколова.

С момента гибели 32-летнего защитника ангарского «Ермака» Артема Соколова прошел месяц и три дня. Официальных выводов и вердиктов нет до сих пор.

С одной стороны, причин говорить о затянувшемся характере процесса нет. Разбирательство обстоятельств трагедии пока идет без задержек. Профсоюз российских хоккеистов обратился в прокуратуру и инспекцию по труду Иркутской области, жена погибшего спортсмена – в Генпрокуратуру РФ. Ответы компетентных органов могут появиться уже к середине будущей недели. О том, что недостатка в фактах по «делу Соколова» нет, позволяет судить хотя бы целый ряд нерасплывчатых публичных высказываний, сделанных причастными хоккейными функционерами страны.

Все это так. Но и повод призадуматься, однако, существует. Не может не смущать своеобразная подковерная возня, взятая на вооружение отдельными участниками процесса.

В Ангарске сделали все, чтобы допустить к расследованию трагедии максимально узкий круг лиц. Это раз. Трудовое законодательство страны предписывает, что в рассмотрении обстоятельств несчастного случая на производстве должен участвовать не только работодатель, но и, например, отраслевой профсоюз. Соответствующий запрос был послан ведомством Андрея Коваленко в «Ермак», однако сибиряки ответили на него довольно-таки резким отказом. Письмо ангарчан было оформлено в стиле «у нас на местах полным-полно компетентных людей, без вас разберемся».

«Компетентными» предсказуемо оказались работники клуба, чей вердикт напоминал тактику героев голливудских фильмов о плохих полицейских: «Вали все на труп». Это два. Не дождавшись официального медицинского заключения, покойному Соколову приписали болезнь, которая, образно говоря, не то что в хоккей играть – быстрым шагом ходить не дозволяла. Стоит ли удивляться, что семья хоккеиста мгновенно опротестовала вердикт работодателя обращением не только в Генпрокуратуру, но и в федеральную инспекцию по труду?

Контракт погибшего игрока с «Ермаком» почему-то укрывают от даже совсем не посторонних глаз. Это три. Супруге Соколова документ не предоставили. Профсоюзу тоже. Без ответа пока остается даже официальный запрос соглашения, пришедший в ВХЛ от Континентальной лиги. После такого не удивишься, узнав, что предписанную регламентом компенсацию для родственников клуб выплачивать тем более не торопится. С человеческой точки зрения это, мягко говоря, непорядочно. Для справки: когда осенью 2008-го умер нападающий омского «Авангарда» Алексей Черепанов, двухлетняя зарплата спортсмена была перечислена его семье «ястребами» на следующий день после трагедии.

Герой одного из романов Солженицына говорил: «Органы разберутся». Повторюсь, что сейчас нет ни малейшего основания в этом сомневаться. Но не кажется ли вам странным упорное стремление вставлять палки в колеса набравшей ход следственной машины? Неужели кто-то надеется, что тактика мелких препон способна повлиять на итоговый вердикт? Пока рано прогнозировать степень суровости этого вердикта. Но если официальные лица КХЛ не стесняются характеризовать отношение к хоккеистам в Ангарске как «дикость» и «каменный век» – это, наверное, говорит о том, что в деле Соколова все очень и очень серьезно.

А еще я искренне не понимаю, почему нельзя проявлять человечность и профессионализм без окриков с высших эшелонов хоккейной власти. Почему рутина вроде выдачи на руки экземпляра контракта превращается в проблему, для решения которой требуется чуть ли не вмешательство президента КХЛ Александра Медведева? Разве для того, чтобы клуб перестал отмахиваться от семьи погибшего справками без подписи-печати, его работников должны попросить об этом с парламентской трибуны президент ФХР Владислав Третьяк или сенатор Вячеслав Фетисов? Опять вспомним о Черепанове. И о том, что «Авангард» шесть лет назад уж точно не вел себя так, будто трагедия его не касается. Наоборот, в Омске утешали родителей хоккеиста насколько можно. Взяли на себя все нелегкие хлопоты по организации церемонии прощания с парнем. Скорбели, не отказывали в искреннем человеческом участии.

В другом сибирском регионе на что-то подобное, увы, неспособны. В этих заметках я намеренно уходил от правовых оценок «дела Соколова». Но наказание, как известно, бывает не только юридическим – а еще и корпоративным. Корпорация «русский клубный хоккей» не может не понимать, насколько сильно бьют по ее имиджу действия функционеров, тормозящих расследование. И над санкциями в их адрес можно задуматься уже сейчас. Не дожидаясь вердиктов прокуратуры и инспекции по труду.