Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
https://sport.mail.ru/news/hockey-nhl/25294952/
30 марта 2016, 1:47 | Хоккей: НХЛ | Спорт-Экспресс

Евгений Набоков: На месте Бобровского на чемпионат мира не поехал бы

Новым собеседником обозревателя «СЭ» за океаном стал знаменитый вратарь, чемпион мира-2008 и герой олимпийского четвертьфинала с Канадой в 2006-м.

Чемпион мира-2008 — собеседник Игоря <span class=error>РАБИНЕРА</span>.
Увеличить
Видимо, что-то случилось...

К сожалению, мы не можем отобразить эту картинку.
Сообщение об ошибке автоматически отправлено
в службу поддержки. Приносим свои извинения

Евгений НАБОКОВ

Родился 25 июля 1975 года в Усть-Каменогорске.
Вратарь.
Заслуженный мастер спорта (2009).
Выступал за «Торпедо» (Усть-Каменогорск) (1991−1994), «Динамо» М (1995−1997), «Сан-Хосе» (1999−2004, 2005−2010), «Металлург» Мг (2004/05), СКА (2010/11), «Айлендерс» (2011−2014) и «Тампу Бэй» (2014/15). 9 февраля 2015 года был обменян в «Сан-Хосе» и спустя два дня объявил о завершении карьеры.
Играл за сборную Казахстана на чемпионате мира-1994 и сборную России на чемпионатах мира-2006, -2008 и -2011 и Олимпиадах в Турине-2006 и Ванкувере-2010.
Является рекордсменом НХЛ среди российских вратарей по количеству побед (353) и сухих матчей (59) в регулярных сезонах, а также по числу матчей (86), побед (42) и сухих матчей (7) в розыгрышах Кубка Стэнли.
Чемпион мира-2008.

Набоков завершил карьеру год назад. Очень красиво. В «Сан-Хосе» почти все вратарские рекорды (по играм, победам, «сухарям» и даже… забитым голам среди голкиперов) принадлежат ему. И клуб специально выменял его у «Тампы», чтобы именно в свитере «Акул» Евгений объявил о том, что решил повесить коньки на гвоздь. Это произошло на пресс-конференции, где присутствовала вся его семья. А тем же вечером — и на домашней арене перед началом матча.

Теперь двукратный участник Матчей звезд НХЛ Набоков — член тренерского штаба «Акул», тренер по развитию. А степень не увядшей популярности Набокова в Северной Калифорнии мне довелось увидеть собственными глазами — перед домашним матчем с «Вашингтоном».

В этом сезоне «Шаркс» отмечают 25-летний юбилей с момента создания клуба, и символическое вбрасывание для двух капитанов команд перед каждой встречей делает кто-то из больших фигур в его истории. Когда дело дошло до «Кэпиталз» и Овечкина, настал черед Набокова. Человека, которого недавно болельщики «Сан-Хосе» путем многомесячного голосования выбрали в первую символическую сборную «Акул» всех времен. Единственного, кстати, обладателя «Колдер Трофи» — приза лучшему новичку лиги — в клубной истории.

Что творилось в SAP Center в момент объявления его фамилии — ни в сказке сказать, ни пером описать. Зал не просто встал. Он взревел. Хоть в тот день «Акулы» и уверенно выиграли у лидера лиги — 5:2, ни в один из моментов самой игры реакция публики не была столь бурной, как в те секунды.

Тем вечером Набоков и Овечкин, «сухой» вратарь незабываемого четвертьфинала против Канады и автор победного гола в нем, ужинали вместе. А еще спустя пару дней мы встретились со знаменитым голкипером после тренировки фарм-клуба, «Сан-Хосе Барракуда» из АХЛ, прямо на трибуне пустого SAP Center. Романтического настроения ради.

ГОТОВ РАССКАЗАТЬ БОБРОВСКОМУ
О ЛЕЧЕНИИ ПАХА

— Если смотреть на полгода вперед, на Кубок мира, кто сейчас сильнее — Сергей Бобровский или Семен Варламов?

— Оба — сильные голкиперы, но у обоих сезон складывается тяжело. У Боба постоянно травмы, пахи замучили. У Семена были другие проблемы. Мое мнение как вратаря — важно, кто будет лучше на конкретный момент, чей менталитет тогда окажется сильнее. Кто не станет задумываться и переживать о том, как он сыграл в прошлом сезоне или прошлом матче, а будет смотреть только вперед. Для того и существует тренер вратарей, чтобы видеть такие вещи.

— У вас были такие проблемы, как у Бобровского?

— Рвал пах надолго всего один раз, а у него уже, по-моему, третий. У меня есть определенные методы, в которые верю. Но Сергей находится в надежных руках, потому что в НХЛ достаточно хороших докторов. Однако если Бобу интересно, с удовольствием расскажу ему о своей методике.

— Если бы вас после такой череды травм, как у Бобровского, позвали на домашний чемпионат мира, вы бы поехали?

— Нет. Все равно эти волокна еще не зажили до конца, даже если он играет. И опять их надрывать — не лучшее решение. Но это я так думаю, а советчиков у него и без меня хватает. На Кубок мира, естественно, поехал бы. Потому что пройдет уже много времени — целое лето на то, чтобы полностью восстановиться.

— На психологии Варламова может сказаться то, через что ему вне хоккея пришлось пройти?

— Да он уже играет хорошо! Просто у него в этом сезоне такая оборона… Если Варли не действует на «пять с плюсом» — его команда, скорее всего, не выиграет матч. Когда ты допускаешь малейшую ошибку, играешь даже на «четверку» или «четверку с плюсом» и этого все равно недостаточно для победы — это очень тяжело. У «Колорадо» такое сплошь и рядом. Чуть ли не у любой команды Западной конференции защита лучше, чем та, что перед Варли. Но у него очень хорошая психология, и думаю, что он справится со всеми проблемами.

ДУМАЮ, КУЗНЕЦОВ ПЕРЕСИДЕЛ В РОССИИ

— Неожиданно было узнать, что болельщики «Акул» голосованием выбрали вас в первую символическую сборную команды за 25 лет?

— Честно говоря, от вас об этом впервые и услышал.

— Как?! Об этом раструбила главная местная газета — «Сан-Хосе Меркури Ньюс».

— Прессу с какого-то момента особо не читаю. Как-то слишком много в нашей жизни стало грязи, негатива — и это отражается в том числе и на том, что говорят и пишут. Тяжело все это через себя пропускать. Поэтому все новости стараюсь узнавать от друзей. А то, что выбрали, конечно, очень приятно. Особенно — что так проголосовали именно болельщики.

— А какой негатив до вас за последнее время докатился?

— Про того же Илюху Ковальчука. Что толку читать, засорять себе голову, если все равно не знаешь — где правда, а где нет?

— Давайте о позитиве. Делать символическое вбрасывание именно с «Вашингтоном», с участием Овечкина, — это было ваше пожелание?

— Нет. Все расписание символических вбрасываний составляет клуб. И где-то месяца за три они спросили — мог ли бы я сделать это с «Кэпиталз». Я заулыбался, потому что, когда объявлял об окончании карьеры, тоже была игра против «Вашингтона». И тоже Санек был на вбрасывании. Поэтому засмеялся и сказал: «Что, других клубов нет?».

— Встретили вас просто фантастически. Думали, что такое может быть?

— Понимал, что кричать «Бу-у-у!» не будут. Болельщики ко мне так же хорошо относились, когда я здесь играл. Постоянно скандировали: «Набби!», поддерживали. Всегда приятно было дома играть. Наверное, поэтому и статистика на своем льду была хорошая.

— С Овечкиным пообщались?

— Да. Всегда стараемся при встречах с ним пообщаться. Сейчас после игры было время. Правда, вы Кузю (Евгения Кузнецова. — Прим. И. Р.) у нас на интервью забрали, с ним вот не удалось (смеется).

— Вы знакомы?

— В сборной познакомился в 2010 году с ним и с Вовой Тарасенко. Женя — очень общительный парень, любит поговорить. Нисколько не удивлен их с Тарасом прогрессом. Как и у Панары (Артемия Панарина. — Прим. И. Р.). Помню, еще когда он в «Витязе» играл, все о нем говорили.

Просто иногда в карьере нужно сделать правильный выбор, и это очень важно. Кто знает, что бы было, выбери Панара другую команду. Далеко не всегда ты можешь найти с партнером, даже хорошим, такую химию, как у него с Кейном.

— Панарину, думаете, уже обеспечен «Колдер Трофи», который когда-то завоевали и вы?

— Не хочу его сглазить. Но если закончит регулярный чемпионат в том же духе, в котором провел большую его часть, конкурентов у него не вижу. А Кузя был талантливым всегда. Единственное, что меня беспокоило, — он задержался в России, мне кажется, немножко дольше, чем нужно. Но в итоге все получилось хорошо. Все время обсуждается тема — когда лучше уезжать в НХЛ. Считаю, у каждого хоккеиста все индивидуально. Универсального рецепта нет.

— Овечкин вам много забивал?

— Голов десять, думаю, забил. Хотя вначале долго не мог. В хорошей команде вратарю легче читать игру, предвидеть, что произойдет, — а «Сан-Хосе» тогда был хорош. Санек же только начинал в НХЛ, и команда у них была совсем другая, чем сейчас. Думаю, в этом сезоне «Вашингтон» однозначно будет бороться за Кубок Стэнли.

Но когда человек наносит по десять бросков за игру и к тому же все время говорит тебе, что вот-вот забьет, — рано или поздно это случится (улыбается). Помню, когда я играл за «Айлендерс», он и дубль сделал.

— Есть у Овечкина шанс дотянуться по голам до Уэйна Гретцки?

— Знаете, как хотелось бы! Но тяжело. Все зависит от того, насколько долго он захочет играть. Посмотрите на Ягра, который сейчас в каждом матче какой-нибудь рекорд бьет. Кто думал, что он сможет играть так долго? Еще когда он в середине 2000-х за «Рейнджерс» выходил, все говорили: мол, он уже не тот, заканчивает. А потом в нем что-то изменилось. Он любит хоккей, живет им. Посмотрим, как будет с Саньком. У каждого своя жизнь со своими приоритетами.

СПАСИБО ФЕТИСОВУ И КУПЕРМАНУ,
ЧТО РАЗРЕШИЛИ ИГРАТЬ ЗА РОССИЮ

— Матч в Турине, где вы с ним сыграли главные роли, — одно из самых счастливых воспоминаний в карьере?

— Да. Две победы над канадцами — в Турине и в финале чемпионата мира в Квебеке, — это хайлайты моей карьеры. Горжусь ими, потому что играть за свою страну — большая честь. Сборная — это какая-то совсем другая мера волнения. В НХЛ ты вроде к матчам любой степени напряжения уже привык, а тут приезжаешь на Олимпиаду — и понимаешь, что на тебя смотрит вся страна. Ух!

— Тем более когда вы столько лет добивались этого права и вам долго не позволяли (в юности Набоков сыграл за Казахстан в третьем дивизионе чемпионата мира и лишь к 2006 году получил разрешение играть за Россию. — Прим. И. Р.).

— Да уж. Я мог участвовать и в Кубке мира-2004, но получил травму мениска. А за то, что мне все-таки разрешили играть за сборную, спасибо Славе Фетисову и Игорю Куперману. Насколько знаю, они этой проблемой плотно занимались и в конце концов после долгих лет борьбы решили ее.

— Понимаете, почему в Турине сборная России, сделав самое сложное, вдруг сдулась и всухую уступила и финнам, и чехам?

— Хоккей — это и игра эмоций. Думаю, что эти эмоции у нас Канада и сожрала. Запала на полуфинал не хватило. Просто так не обыграешь никого, нужно где-то переступить через себя. Мы как команда в тот день не смогли это сделать.

— Ваш знаменитый туринский авторский шлем с акулой, пожирающей флаги других стран, сохранился?

— Конечно! Дома лежит. У меня три-четыре таких особенных шлема, но пока я для них не выделил почетного места. Но обязательно сделаю!

— А за 3:7 от Канады в Ванкувере душа до сих пор болит? Или там без шансов было?

— Шансы есть всегда. Игра состоит из эпизодов. Если бы где-то я вытащил, где-то смогли бы выдержать стартовый штурм канадцев, где-то забили бы — все могло и по-другому повернуться. Но на тот момент они были лучше во всех компонентах.

— Потом много говорилось, что в том сезоне Илья Брызгалов смотрелся сильнее, но Вячеслав Быков все-таки решил довериться вам, герою Квебека и Турина.

— У меня сезон был хороший, чувствовал себя нормально. Усталость? После первых 20 игр в сезоне она присутствует всегда. Нужно просто уметь ее преодолевать. До Канады все шло нормально, мы проиграли только словакам по буллитам. И в группе заняли место выше, чем канадцы — в своей. Но тем и особенны Олимпиады, что проиграл в плей-офф один матч — и все, шансов на реванш нет. В НХЛ иной раз команда в Кубке Стэнли проигрывает 1:7, а потом выходит в следующий круг.

К БЫКОВУ И ЗАХАРКИНУ —
ОЧЕНЬ БОЛЬШОЕ УВАЖЕНИЕ

— После Ванкувера много говорилось еще и о вреде совмещения. Дескать, прекрасному тандему Быков — Захаркин из-за работы в Уфе не хватило знаний об НХЛ и возможностей ездить за океан и готовиться к Играм-2010.

— Всех нюансов не знаю. Но и к Быкову, и к Захаркину отношусь с очень большим уважением. Все мы делаем какие-то ошибки. Но не считаю правильным сейчас их ворошить. Сколько у меня с ними хорошего связано!

— Квебек-2008 — какие-то сумасшедшие чувства?

— Да, да, да! Я тогда был дико уставший, да еще и приехал на чемпионат мира с травмой голеностопа. На уколах играл. Мы с «Далласом» только отыграли тяжелейшую серию. Эмоционально у меня в Квебеке был очень низкий уровень, тяжело было настраиваться на матчи. Тем приятнее было это преодоление.

Помню, когда уже выиграли, в раздевалке попраздновали, я пошел в гостиницу — и час или два сидел там один, настолько был вымотан. Но радости в то же время были полные штаны — и вернулся к команде. К своим братьям, которыми все мы там стали. Когда сейчас любого из них вижу — чувствую, что нас что-то очень большое объединяет. Как с тем же Овечкиным….

Но только человек оступился — его начинают топтать. Это и того же Быкова касается, а после Сочи одного из лучших тренеров страны, Билялетдинова, закапывают. Знарка после финала прошлого чемпионата мира — то же самое. Хотя до этого все было хорошо. Постоянно какие-то эмоциональные качели. Нужно более взвешенно на все смотреть, с большим уважением к людям относиться!

— Кстати, вы надеялись попасть в Сочи — пусть даже и третьим после Варламова и Бобровского? У вас ведь очень приличный сезон в «Айлендерс» перед тем был.

— Нет. Когда летом 2013-го съездил в Сочи на встречу кандидатов в сборную, все стало понятно. Когда ты приезжаешь и тренерский штаб тебе не говорит ни слова, вопросов больше не возникает. Из всего руководства никто, кроме Владислава Третьяка, со мной не общался.

— А хотели бы поехать?

— Конечно. Это — Олимпиада. Но если тренер не считает тебя лучшим, это его полное право. Обиды в такой ситуации — детский лепет.

— С Третьяком поддерживаете отношения?

— Стараюсь. Он для меня многое сделал. На протяжении пяти лет я летом ездил к нему тренироваться в лагерь вратарей в Торонто.

— Давно в России были?

— В прошлом году ездил, когда закончил. С Третьяком тогда, кстати, встречались. Видел Вову Воробьева, который входит в тренерский штаб «Динамо», Леху Трощинского, работающего в ЦСКА. Хотел еще с Виталиком Еремеевым повидаться, но он в Астане был. Стараюсь поддерживать отношения с ребятами, с которыми в «Динамо» играл. Видимся порой с Игорем Бахмутовым, Саней Прокопьевым. Но реже, конечно, чем хотелось бы.

— Сын хоккеем занимается?

— Да, Андрею девять лет, он играет в детской команде «Шаркс».

— Неужели тоже вратарем, как вы и ваш отец, легенда усть-каменогорского «Торпедо»?

— Нет, нападающим. У него очень много энергии, он любит голы забивать. Но в том возрасте, как у него, думаю, возможны еще любые перемены.

— Вратарь в третьем поколении — это было бы совсем круто.

— (Хохочет.) Пусть лучше полевым игроком будет! Посмотрите, сейчас все вратари огромные, нужно под два метра ростом быть. Голкиперу обыкновенного роста очень тяжело теперь пробиться в НХЛ. А я габаритами не отличался.

— А отец по поводу перспектив внука что думает?

— И для него, и для меня главное, чего захочет сам Андрей, а не мы.

ВАСИЛЕВСКИЙ — ПАХАРЬ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ

— В середине прошлого сезона, в 39 лет, вы решили закончить карьеру. Почему?

— Когда подписывал контракт с «Тампой», знал, что, скорее всего, это будет последний год. Роль второго вратаря мне не очень нравилась, я им никогда в жизни не был. Но решил попробовать. Началось все неплохо, но потом Андрюха Василевский очень хорошо заиграл в фарм-клубе, и клуб начал чуть-чуть его подпускать в основе. Когда одному вратарю 40 лет, а другому — 20, как вы думаете, кого выберут? Я все понимал и не хотел мешаться, быть обузой. Решил все сделать быстро и спокойно.

— Вас и брали в «Тампу» в какой-то мере для того, чтобы вы на стартовом этапе кое-что Василевскому подсказали?

— Да. Когда мы разговаривали со Стивом Айзерманом, он упомянул о том, что приезжает Андрей и ему нужна будет помощь. Конкретного разговора, что я буду за него ответственным, конечно, не было. Но они хотели, чтобы у нас были хорошие отношения. Что довольно легко: Андрюха — славный парень. Мы сразу нашли общий язык, и все у нас было нормально.

— У Василевского большое будущее?

— У него есть все, чтобы стать большим вратарем. Это однозначно.

— Что-то ему подсказывали?

— Просто поддерживал. Василевский сам уже поиграл на больших турнирах и много чего умеет. Учить очень тяжело, лучший учитель — сама игра. Всегда говорил ему, что нужно быть позитивным и верить в себя. Самое главное — не паниковать, когда тебя не поставили на ту или иную игру, при том что ты думал: должны поставить. А то, что нужно работать, Андрею лишний раз говорить не надо. Он — пахарь с большой буквы. Для него это естественно. Ему вообще не нужно было много говорить.

— Как думаете, сколько еще времени должно пройти, прежде чем он станет основным в «Тампе» и вытеснит такого серьезного конкурента, как Бишоп?

— Кто знает, как сложатся обстоятельства? Может, уже на следующий год Василевский станет основным — а может, ему еще два сезона придется подождать. Из своего опыта расскажу — кто мог знать, что Стив Шилдз получит травму и мне дадут шанс? Если бы я в тот момент не сыграл хорошо два-три матча, меня бы, может быть, в НХЛ больше никогда не было. Тебе дается шанс — и ты должен быть к нему готов. В этом суть спорта.

— В первом же своем полном матче в энхаэловской карьере вы сыграли 0:0 в гостях с «Колорадо» Патрика Руа, отразив 39 бросков могучего тогда «Эвеланш». Помню, перед игрой тогда на телеэкран вывели число побед двух вратарей за карьеру в НХЛ — 329:0.

— Да. Это был первый шаг. Но самый главный был уже позже — именно когда Шилдз получил травму. Это случилось во втором матче регулярного чемпионата. Я стал играть хорошо, команда выигрывала. И главный тренер Дэррил Саттер сделал ставку на меня, после чего я стал основным вратарем «Шаркс» на десять лет. Но могло получиться и совсем иначе! Конкуренция здесь настолько велика, что сыграй ты несколько матчей плохо — и могут сказать «до свидания». Причем навсегда.

— Когда были в «Айлендерс» или в «Тампе», не звали в КХЛ?

— Нет. После СКА, видимо.

— Создается впечатление, что на грани возвращения в КХЛ Антон Худобин. Прошел в «Анахайме» драфт отказов, никто его не взял, играет сейчас в АХЛ за «Сан-Диего».

— Думаю, Антону немножко не везет. Он очень хороший вратарь, не сомневаюсь, что уровня НХЛ. Смотрю на ситуацию с ним — и не верится, что такое происходит. Не получается сыграть 5, 10, 15 игр так, чтобы сомнения у тренеров отпали. Помню, как «Анахайм» нас здесь обыграл — 2:0 — и Худобин был в большом порядке. А потом один матч проиграл — и его опустили вниз, при том что «Дакс» тогда играли плохо. Сделали его крайним. Пришел другой вратарь — и начали выигрывать. И все.

Игорь РАБИНЕР из Сан-Хосе.

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Новости НХЛ

Новости Mail.Ru