Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
28 июля, источник: Спорт-Экспресс

Александр Довбня: Дзюбе и Кокорину от Хабаровска — респект

Вратарь СКА — о дружбе с Дзюбой и Луневым, аэрофобии и Дальнем Востоке.

Источник: Спорт-Экспресс

ПЕРЕЛЕТЫ

— В премьер-лиге вы новичок — как и ваша команда. Что-то удивило?

— Понятно, если сравнивать с ФНЛ, где еще весной играли, — здесь все другое. Скорости, стадионы, внимание болельщиков… Но два тура — не время для серьезных выводов. Чемпионат только стартовал, даже топ-клубы пока не в оптимальной форме.

— Вы стадионы упомянули. О каком из них можете сказать: «Слава богу, в этом сезоне его не увижу»?

— Да нет в ФНЛ совсем уж чудовищных арен. А особенно нравилось в Саратове, Воронеже, Калининграде… В этих городах люди на футбол ходят, болеть умеют.

— А в Хабаровске?

— Тоже. Вы не представляете, как приятно было играть против «Зенита» при аншлаге! Выходишь из раздевалки, смотришь на переполненные трибуны — сразу мурашки по коже. Как и прошлой осенью, когда «Спартак» на Кубок приезжал.

— «Зенит», «Спартак» — это прекрасно. На других матчах ждать аншлаги?

— Честно? Не уверен. Но все от нас зависит. Будем хорошо играть — народ на стадион обязательно потянется.

— Для многих ваша команда пока загадка. Главные козыри «СКА-Хабаровск»?

— Во-первых, очень рад, что костяк сохранился. У нас невероятно сплоченный коллектив. Например, в Туле я пропустил дурацкий гол после удара Ткачева, однако никто не упрекал. Наоборот, поддержали: «Саня, все бывает. Мы в тебя верим…».

— А во-вторых?

— Нельзя недооценивать фактор своего поля. Для любого соперника семичасовой перелет — испытание. Выдержит не каждый. Вообще на Дальнем Востоке всегда играешь за счет характера, через «не могу». Хлюпикам тут ничего не светит.

— С точки зрения перелетов в премьер-лиге — легче?

— Конечно! Четыре клуба в Москве, два в Питере, Тула. Плюс недельный цикл. Вот сыграли на выезде с «Арсеналом», теперь в столице спокойно готовимся к матчам с ЦСКА и «Локомотивом». А в ФНЛ постоянно мотаешься туда-сюда. Живешь в самолете. Такой график безумно выматывает.

— Привыкали долго? Вы же москвич.

— Я здесь четвертый год. Сначала был «Луч», с лета 2016-го — «СКА-Хабаровск». Теща, которая когда-то работала в тех краях, предупреждала: «Дальний Восток не всех принимает. Но если принял — уже не отпускает». Сейчас готов подписаться под этими словами. Меня все устраивает, перевез жену, дочку с сыном. Да, перелеты утомляют, но можно потерпеть. В конце концов нам за это деньги платят.

— Как в самолете коротаете время?

— Сплю. Чем больше, тем лучше. Обычно из Хабаровска вылетаем утром. Накануне ночью стараюсь не ложиться. Это не так сложно, тем более до сих пор живу по московскому времени.

— Неужели?

— Да, организм никак не перестроится. Раньше двух часов ночи в Хабаровске заснуть не в силах. Хорошо, тренировки у нас по вечерам.

ЛУНЕВ

— Начинали вы, кажется, в «Спартаке».

— Не совсем так. В десять лет папа отвел меня в «Комету». Затем был «Нефтяник», оттуда попал в «Спартак-2». Школа базировалась на стадиончике около метро ВДНХ. Года через три перебрался в «Футбольное дело».

— Спортивный колледж, который открыл Сергей Хусаинов.

— Совершенно верно. Отличный был проект. Жаль, просуществовал недолго — возникли проблемы с финансированием. Кстати, именно там я познакомился с Дзюбой. Когда колледж закрылся, Артем вернулся в спартаковскую школу. Ну, а я отправился в финскую «Хаку».

— До Финляндии еще дойдем. Давайте пока о Дзюбе. Каким он тогда был?

— Худым, высоким, техничным. Но тренироваться не любил. А сейчас — большой мастер, один из лучших российских форвардов. При этом остался нормальным парнем. Никаких понтов. Ни заработки, ни популярность Артема не испортили. Маленький штрих — в Хабаровске после матча лишь три футболиста «Зенита» подошли к нашим болельщикам, которые стояли у высокой металлической ограды. Расписались, сфотографировались. Никому не отказали!

— Вы о Дзюбе и…

— …Кокорине с Луневым. Если б сразу шагнули в автобус, никто бы не удивился. Все-таки тяжелый матч, перелет, смена часовых поясов. Но ребята поступили, как настоящие профессионалы. Респект.

— С Луневым вы в «Торпедо» успели пересечься. Его нынешний взлет стал неожиданностью?

— Если отвечу «нет» — слукавлю. Другое дело, он заслужил этот успех, сто процентов! Получил шанс — и вцепился зубами. Андрей очень талантливый вратарь, трудяга. По человеческим качествам — вообще пять баллов! Мы как подружились в «Торпедо», так до сих пор общаемся.

— Был у вас еще интересный конкурент — Чепчугов, в «Сибири». Алдонин рассказывал мне: «В ЦСКА Сереже дали прозвище ЧП. С ним вечно что-то случалось, его постоянно разыгрывали…».

— Серьезно? Вот бы не подумал. Мне Серега запомнился спокойным, немногословным парнем. Ни странностей, ни чудачеств я не замечал. В «Сибири» он был первым номером, как раз в тот сезон выдал рекордную сухую серию. А я летом пришел из «Хаки» и на лавке сидел.

«ХАКА»

— Так как же вас, 18-летнего, в «Хаку» занесло?

— Был с «Футбольным делом» на сборах в Финляндии. Главный тренер «Хаки» увидел меня в контрольном матче, пригласил на просмотр. Первый контракт заключил на шесть месяцев, которые провел в глухом запасе. Потом продлил соглашение на два года и вскоре стал основным вратарем. Даже против Яри Литманена играл!

— Ему уже было под сорок?

— Чуть меньше. Заканчивал он в «Лахти», обычно его выпускали на последние 15−20 минут.

— Забил вам?

— Ни разу.

— Сколько платили в «Хаке»?

— Тысячу евро в месяц. Премиальные — то ли 200, то ли 300.

— Скромно.

— В 18 лет и этому был рад. Финляндия — страна дорогая, но мне на жизнь хватало. Однажды в Кубке УЕФА вышли в следующий раунд, так каждому выписали дополнительную премию — по тысяче евро. В команде был праздник, словно выиграли чемпионство!

— Валерия Поповича там застали?

— Разумеется. В этой стране он — легенда. Член Зала славы финского футбола, все называют его просто — «Царь». На первых порах здорово мне помог.

— Когда у него началась аэрофобия?

— Попович рассказывал, что в ЦСКА и «Спартаке» проблем таких не было. Дальше играл в Финляндии, Дании, Голландии… Однажды отправился с командой на матч в маленький городок, зажатый между скалами. Ни с первой, ни со второй попытки посадить самолет не удалось. Валера настолько перепугался, что с полетами решил завязать. Навсегда.

— Как к этому относились руководители «Хаки»?

— С пониманием. Когда играли в еврокубках, Валера выдвигался дня за три до матча. Либо на автомобиле, либо на поезде. Иногда паромом пользовался. Если же вариантов не было, пропускал игру.

— В России таких встречали?

— В «Торпедо» Сергей Чернышов страшно боялся летать. Как-то в Турции при посадке попали под ураганный ветер, Серега то кричал, то молился. Некоторые посмеивались, а мне было жутковато.

— Ваша дочь появилась на свет в Тампере. Может рассчитывать на финский паспорт?

— Нет. Никаких привилегий место рождения у финнов не дает. Разве что визу оформить будет проще.

— Фамилия у вас украинская. В курсе, как переводится?

— По словам отца, довбня — это молот, которым в Запорожской сечи били в колокол. Дед у меня с Украины, а папа родился в Туле, мама из Воронежской области.

— В дубле «Локомотива» недавно играл ваш полный тезка. Знакомы?

— Нет. Он на девять лет моложе. Говорят, талантливый пацан, в юношескую сборную вызывался, в дубле был капитаном. Сейчас где-то на Кипре играет. Если когда-нибудь встретимся, будет интересно пообщаться.