Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
25 сентября, источник: Чемпионат.com

«В “Рубине” доходило до того, что у нас не было полотенец после тренировки»

Полузащитник «Тракая» Динияр Билялетдинов — о переезде в Литву, предложениях из России и скандале в «Рубине».

Источник: Чемпионат.com

19 сентября литовский «Тракай» объявил о подписании контракта с бывшим полузащитником «Рубина» Динияром Билялетдиновым. В тот же день Билялетдинов дебютировал в составе команды в матче против «Лиетавы». О переезде в Литву, интересе со стороны «Арарата» и «Локомотива», а также о скандале в «Рубине» Билялетдинов рассказал в эксклюзивном интервью «Чемпионату».

— Как появился вариант с «Тракаем»?
— У меня была задача уехать играть в какой-нибудь европейский чемпионат. Понятно, что были трансферное окно закрывалось, но я был свободный агент. И агент Джамал Акаев поспособствовал решению этой задачи.

— Что-то знали об этой команде до перехода?
— Мало что знал, но во всех ближайших чемпионатах есть знакомые команды. Слышал про нападающего Максима Максимова, который перешёл в «Вардар». Какое-то представление о команде и чемпионате было, но подробнее познакомился уже тут, на месте.

— Были ли другие варианты?
— Были, но всё в подвешенном состоянии. Хотелось уже играть, а не тянуть время и ждать. Финансовые вопросы — это всё на втором плане, сейчас важно играть в футбол.

— Насколько мне известно, был вариант с Австралией. Почему отказались?
— Было дело, но это очень далеко, мягко говоря. Хотелось что-то поближе.

— Говорили, что были предложения от российских клубов. В частности, много слухов ходило об интересе «Арарата».
— Нет, никаких разговоров с руководством команды о возможном переходе не было. Когда первый раз мне позвонили об «Арарате», я вообще подумал, что это тот самый «Арарат», а не московский (смеётся). Просто находился за пределами России и был не в курсе. Даже не знал, что ответить.

— Зимой говорилось об интересе со стороны «Локомотива» и желании Юрия Сёмина вернуть вас в команду.
— Это тоже всё вилами по воде.

— Был ли вариант остаться в «Рубине», учитывая, что Хави Грасия покинул команду?
— Там ведь вопрос был не в Грасии. Он сам не понимал, почему такое отношение было ко мне. Соответственно, когда 31 мая закончился контракт, вопрос сам собой отпал.

— Получается, руководство было не заинтересовано?
— На самом деле, было много кривотолков. Такой вопрос вообще не стоял вне зависимости от того, приходил бы новый тренер или нет. Контракт закончился — всё, уехал.

— Возвращаясь к тому случаю, когда 11 человек в «Рубине» были отстранены от тренировок, кто-то объяснял вам причины такого решения?
— Я тогда был травмирован и в итоге сам нашёл, где сделать операцию и где восстанавливаться. Клуб при предыдущем руководстве вообще никакого участия не принимал. А письмо я подписал, потому что думал, что это письмо шло в клуб. Были реальные проблемы. Вплоть до того, что у нас не было полотенец после тренировки.

У меня была возможность хоть какую-то реабилитацию проходить в корпусе главной команды, но на другой стороне базы, где тренировались другие ребята, всё было заброшено. Нам сказали — вы тут, и остальное не волнует. Вообще ничего не было. Вот бумагу и написали, потому что обязательства по контракту должны соблюдаться. По большому счёту отношение было ужасное. Когда руководство спохватилось, бумага почему-то уже попала в прессу.

— Изначально складывалось ощущение, что это исходит от тренера…
— Тренер, когда я уже попал в основной состав команды, не понимал, сколько я игр сыграл и где. А в своё время Фахриев говорил, что Грасия посмотрел все наши игры за последний год и принял решение, что мы не нужны команде. Среди этих игроков были ребята, которые либо играли за дубль, либо были травмированы, либо вовсе не играли. Это звучало попросту смешно. Когда же я пришёл, Грасия спросил, почему я не был в основном составе до сих пор. Объяснил ему ситуацию. Он на меня смотрит и говорит: «Это невозможно». Я говорю: «Возможно. Ты в России, мистер Грасия».

— Были ли мысли заканчивать после «Рубина»?
— Нет. Просто ситуация была такова, что бывший президент клуба получил эйфорию, когда «Ливерпуль» приезжал на стадион и так далее… Человек, мало понимающий в футболе, больше подвержен влиянию эмоций. Плюс для тех, кто не разбирается в футбольном хозяйстве, это тяжело. Но было бы желание. А его не было. Всё пошло на самотёк. Пошли большие инвестиции, и в «Рубин» купили 10 или даже больше игроков. Почти всех сейчас отдали в аренду. Видимо, был определённыйпроект, который не состоялся. А футболисты, которые хотели приносить пользу, остались не у дел.

— Как поддерживали форму после «Рубина»?
— Тренировался по шесть дней в неделю. Была определённая программа для поддержания формы после травм, которую получил от сильных тренеров по физподготовке.

— Вы полностью провели свой первый матч за «Тракай». Какие ощущения после возвращения на поле?
— Я приехал за день или два до игры и тут же вышел на 90 минут! Единственное, когда были голевые моменты и надо было забивать, игрового тонуса, конечно, не хватало. То есть пропуск года с лишним даёт о себе знать. Сейчас идёт небольшая пауза, следующий матч 27 сентября, а потом 12 октября дерби с «Жальгирисом».

— До конца чемпионата осталось три тура. Тяжело ли входить в игровой ритм на финише сезона?
— Остаётся три тура, а потом ещё «пулька» на пять игр. Так что в запасе есть ещё восемь матчей. «Тракай» участвовал в Лиге Европы и задачи перед собой ставим высокие. Может, нам ещё удастся догнать «Жальгирис».

— Успели оценить уровень литовского чемпионата?
— Видел пока только две игры — с «Судуворой», которую проиграли 2:3, и против «Лиетавы» с моим участием. Команда играет в организованный футбол. Импровизации в Литве, конечно, меньше, чем в России за счёт звёзд, которых могут себе позволить российские клубы. Но в целом команды все обучены, так что всё не так просто, как кажется.

— С главным тренером Олегом Василенко были знакомы до «Тракая»?
— Я с ним знаком не был, но папа знает его ещё по работе в дубле «Локомотива». Он был в дубле «Сатурна», после немного поработал в «Урале» и в «Анжи» с Гусом Хиддинком. Понятно, что не у всех получается друг с другом пересекаться, но главное, что мы с ним понимаем друг друга.

— Какой он тренер?
— Не жёсткий, на мой взгляд. Самое главное для тренера — донести футболистам, что должно быть на поле, а каким стилем — это личный выбор каждого человека. Но на мой взгляд, то, что и как требует наш тренер, хорошо подходит и команде, и подбору игроков.

— В команде есть ещё один россиянин — Юрий Мамаев. С ним не пересекались?
— Сейчас, к сожалению, он с командой не тренируется. Но, когда переходил, был знаком с Дейвидасом Чеснаускисом, мы вместе были в «Локомотиве». И с Арунасом Климавичюсом. Играл против него, когда он был в «Динамо».

— Советовались с кем-то из них о переходе в «Тракай»?
— Созвонился с Чеснаускисом. Дима Сычёв дал номер его. Он говорит: «Да приезжай, поиграем в футбол» (смеётся).

— Сомнения были?
— Не особо. Решение за два дня было принято.

— Какое впечатление произвёл Тракай?
— Уютный и чистый европейский город. Население не миллион, конечно. Второй язык — английский, потом уже идёт русский. Но у меня проблем нет, я по-английски хорошо говорю. Мне нравится тут.