Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
https://sport.mail.ru/news/football-foreign/30949744/
9 сентября 2017, 13:05 | Футбол: Зарубежный | Спорт-Экспресс

Вадим Васильев: Предпочли бы, чтобы Мбаппе ушел в другой чемпионат. Но уважаем его выбор

Эксклюзивное интервью вице-президента «Монако», чей клуб летом рекорд по доходам от продаж футболистов — 360 миллионов евро!

Эксклюзивное интервью <nobr>вице-президента</nobr> Монако.
Увеличить
Видимо, что-то случилось...

К сожалению, мы не можем отобразить эту картинку.
Сообщение об ошибке автоматически отправлено
в службу поддержки. Приносим свои извинения

Чемпион Франции и полуфиналист Лиги чемпионов «Монако» в это трансферное окно установил очередной мировой рекорд — продал игроков на 360 миллионов евро (предыдущее достижение — 200 миллионов — также принадлежало монегаскам). Независимыми наблюдателями были обнародованы взрывающие мозг цифры: если сравнить суммы за покупку и последующую продажу Мбаппе, Бернарду Силвы, Бакайоко и Менди, то прибыль «Монако» составила 631 (!) процент.

О том, как продавали Мбаппе и не продавали Фалькао и Лемара, несмотря на 100-миллионное предложение за последнего от «Арсенала», как главный тренер Леонарду Жардим отказывался от китайского соблазна, мы в четверг вечером пообщались с вице-президентом клуба Вадимом Васильевым — человеком, который с каждым годом завоевывает репутацию одного из сильнейших топ-менеджеров европейского футбола, умеющего продавать игроков за максимально возможную цену и при этом не ослаблять, а то и усиливать команду в целом.

ХОТЕЛИ, ЧТОБЫ КИЛЬЯН ОСТАЛСЯ У НАС ЕЩЕ НА СЕЗОН

— Продажа Кильяна Мбаппе «ПСЖ» за невероятные 180 миллионов евро вызывает у вас только радость или смешанные чувства? Ведь ушел, к тому же к прямым конкурентам, самый талантливый воспитанник клуба, отыгравший в основе меньше сезона.

— Безусловно, смешанные. Талантливейший футболист, он имеет все, чтобы стать одним из лучших в мире. Очень ценю Мбаппе и как игрока, и как человека. Изначально обеими сторонами планировалось, что он останется в «Монако» и отыграет у нас еще один сезон. Но потом произошли изменения, и появилось много новых вводных, о которых публично рассказывать не готов. По их итогам Кильян решил, что ему лучше перейти в Париж.

Для нас это было очень непросто. Должен сказать, что и лично я был очень расстроен. Но и сам он, и его семья подробно и честно объяснили причины и мотивы такого решения. Я их понял и принял. Далее просто нужно было найти правильное решение для всех сторон.

— И оно было найдено. Почему переговоры с «ПСЖ» продолжались до предпоследнего дня трансферного окна? Что было камнем преткновения?

— Когда речь идет о таких больших суммах, переговоры обычно бывают непростыми. Но с нашей стороны была готовность закончить их несколько раньше.

— То есть парижане все это время искали способ обойти финансовый fair play после покупки Неймара — и сделали это с помощью аренды с последующим обязательным выкупом?

— Тема соблюдения финансового fair play к нам сейчас абсолютно не относится. А за «ПСЖ» я отвечать не могу. Думаю, если парижане приняли такое решение, то они просчитали все его последствия и уверены в том, что делают.

Подчеркну, что игрок и его семья до конца остались предельно корректными в отношении «Монако», где Мбаппе был воспитан и вырос. У нас с ним были и остались близкие и доверительные отношения.

СДЕЛКА ПО НЕЙМАРУ ВЗВИНТИЛА РЫНОК В ЦЕЛОМ. НО ЦЕНУ ЗА МБАППЕ — НЕ ТАК СИЛЬНО

— Насколько сильно взлетел ценник за Мбаппе после покупки «ПСЖ» Неймара за 222 миллиона евро? Сколько бы Кильян стоил, если бы этой покупки не было — и насколько самый дорогой трансфер мирового футбола взвинтил рынок в целом?

— На самом деле все знали: в случае потенциального трансфера цена за Мбаппе будет исключительная.

— Тем более что в его контракте не было прописано суммы отступных.

— Да. Поэтому цена за Мбаппе к цене за Неймара не привязывалась. Но, бесспорно, эта покупка «ПСЖ» оказала сильное влияние на рынок. Однако, если говорить конкретно о Мбаппе — не такое сильное, как можно себе представить.

— Как вы вообще относитесь к тому безумию цифр, которое началось в это трансферное окно? Сколько времени это может продолжаться — и к чему привезти? Есть ощущение, что «ПСЖ» открыл какой-то ящик Пандоры.

— С одной стороны, суммы за трансферы сегодня кажутся крайне высокими, даже ошеломляющими. С другой, мы видим, что бюджеты ведущих клубов Европы продолжают расти — и достаточно серьезными темпами. Футбол еще больше глобализируется — с приходом Китая, с привлечением интереса США. Мы наблюдаем рост доходов от телевизионных прав. Темпы роста доходности футбола как индустрии тоже очень серьезны. Если бы это было не так, взвинчивание трансферных цен можно было бы воспринять как нечто искусственное. В данном же случае есть определенное соответствие. А прогнозы, как ситуация будет развиваться дальше, дать трудно.

— Вы упоминали, что у вас были аналогичные предложения по Мбаппе из клубов других стран. В связи с этим насколько сложно было продать его прямому конкуренту?

— Понятно, что для нас было бы предпочтительно, чтобы он ушел в другой чемпионат. Но мы должны были уважать решение игрока. Это его жизнь, его карьера, его выбор.

— Верно ли, что такие же деньги за него готовы были платить «Реал» и «Барселона»?

— Никогда не комментирую подобные вещи. Но то, что «Реал» делал по Мбаппе очень серьезное предложение, — это общеизвестный факт. В случае с другими клубами это не стало достоянием гласности, поэтому воздержусь от комментариев.

— Насколько велика разница в зарплате, которую Мбаппе положили в «ПСЖ» и которую готовы были платить ему вы?

— Не знаю. Так вопрос не стоял.

— А как стоял? Каков все-таки главный побудительный мотив перехода 19-летнего форварда именно в «ПСЖ»?

— Если игрок захочет, он сам расскажет. Есть открытая информация, которой Кильян уже делился. В частности, о том, что, прежде чем покинуть страну, он хотел остаться во Франции, причем в Париже, где он родился и вырос. Безусловно, я знаю больше, но говорить не могу.

КАК ЛЕМАР ОТКАЗАЛ «АРСЕНАЛУ», А ЖАРДИМ — КИТАЙЦАМ

— Как можно было удержаться от соблазна продать Тома Лемара в лондонский «Арсенал» за 100 (!) миллионов евро? Сумма-то фантастическая.

— Сумма и вправду фантастическая. Но, с одной стороны, мы взяли на себя обязательство сохранить конкурентоспособную команду очень высокого уровня. С другой, сложились не все условия для перехода Лемара. И я очень рад, что в итоге он остался с нами.

— Сам Лемар, в отличие от Мбаппе, изначально выражал желание остаться в это трансферное окно? Или пришлось уговаривать?

— В какой-то момент у него было желание уйти. Но в итоге Лемар решил, что для него будет лучше продолжить свою карьеру в «Монако».

— Учитывая, что французским клубам, исключая «ПСЖ», сложно конкурировать по зарплатам с англичанами, за счет чего удалось убедить Лемара остаться?

— Во-первых, «Монако» каждый год входит в число призеров французского чемпионата, играет в Лиге чемпионов, и делает это на хорошем уровне. Во-вторых, 2018-й — год чемпионата мира. На его решение сработало много факторов, в том числе и то, что Лемар здесь очень хорошо себя чувствует. И осознает, что еще не до конца реализовал свой потенциал в нашем клубе.

— Такие сумасшедшие голы, какой он на днях забил Голландии, открыв счет своим мячам за «трехцветных», сразу делают цену за него еще выше?

— Сейчас трансферное окно закрыто, и о ценах мы не думаем. Цены — это следствие хорошей работы. А думаем сейчас о том, что впереди — сложный спортивный сезон. О том, что у нас есть конкурентоспособная команда и топовый тренер. Считаю Леонарду Жардима лучшим тренером во Франции и одним из лучших в Европе.

У нас много игроков ушло, но много и пришло. Сейчас, безусловно, потребуется время, чтобы команда сыгралась. А сколько именно — сейчас спрогнозировать крайне сложно.

— Кстати, на Жардима летом никто не претендовал? Глядя на то, как виртуозно он превращает молодые таланты в готовых звезд, губы-то раскатать могли многие клубы.

— Ему было сделано огромное предложение из Китая. Это были очень большие деньги. Но он предпочел остаться в «Монако», продлил с нами контракт, чему я очень рад. У Жардима соглашение с нашим клубом еще на три года.

— Есть ли у вас мечта сделать его Алексом Фергюсоном для «Монако», чтобы он проработал во главе команды четверть века? Или в современных условиях это нереально?

— Такая мечта есть. Если смотреть по развитию современного футбола, то таких тренеров сейчас практически нет — только Арсен Венгер в «Арсенале». Статистика говорит о том, что в мире сейчас текучка тренеров очень велика. Но нам по душе другой путь. И, если бы такое было возможно, для «Монако» это было бы самым лучшим решением.

— В чем секрет способности Жардима так развивать молодых футболистов?

— Во-первых, он полностью понял и принял проект сегодняшнего «Монако», подразумевающий четкое разграничение ответственности за те или иные решения между тренером и клубом. Он показал способность никогда не плакаться и не критиковать продажу тех или иных футболистов, а всегда стараться достичь максимума с тем составом, который у него имеется здесь и сейчас. Плюс у него есть очень тонкое чутье, когда выпустить и сделать ставку на новый талант, когда наступает его время. Это особенное искусство, и Жардим им обладает.

О НОВОЙ ПРОДАЖЕ ФАЛЬКАО РЕЧИ ДАЖЕ НЕ ШЛО

— Положа руку на сердце, чемпионство во Франции и полуфинал Лиги чемпионов в прошлом сезоне стали для вас сюрпризом?

— Если бы вы меня спросили об этом до начала того сезона — то да. Но мой взгляд на происходящее изменился уже к концу прошлого августа — началу сентября. Когда мы дома выиграли у «ПСЖ», я зашел в раздевалку и сказал: «Это наш год, это наш сезон. В этом году, ребята, мы с вами пройдем очень, очень далеко».

— Что вас подтолкнуло к таким далеко идущим выводам на раннем этапе сезона?

— Разумеется, не только матч с «ПСЖ». Мы увидели, что удачно вернулся Радамель Фалькао. Что они с Валером Жерменом уже на этапе предсезонной подготовки отлично сыгрались, забив очень много голов. Что в команде очень хорошая обстановка. Затем мы прошли два очень непростых этапа квалификации и вышли в групповой турнир Лиги чемпионов, причем профессионалы считались фаворитом не нас, а «Вильярреал». И только после этого последовал успех в матче с Парижем, после которого окончательно и оформилось это чувство.

— На Фалькао после такого результативного сезона кто-нибудь из топ-лиг вновь замахивался?

— Как все знают, это нападающий мирового уровня. Главное, он сам для себя решил, что сейчас из «Монако» никуда уходить не хочет. Ни для нас, ни для него такой вопрос даже не стоял. С самого начала лета мы выразили желание продлить сотрудничество и нашли полный отклик. Фалькао очень хорошо себя чувствует здесь, стал настоящим капитаном и лидером команды.

Опять же, следующий год — это год чемпионата мира. Как вы помните, на предыдущее первенство в Бразилии Радамель не попал, причем как раз из-за травмы, полученной в «Монако». Настало время взять реванш. В общем, сложились все условия, при которых не только обсуждать, но даже думать об интересе каких-то других клубов Фалькао не хотел. Какие бы то ни было варианты не рассматривались ни нами, ни игроком.

ЗИМОЙ БОЛЬШИЕ ТРАНСФЕРЫ В НАШИ ПЛАНЫ НЕ ВХОДЯТ

— А сложно ли было удержать Фабинью, спрос на которого в последний год очень велик?

— Да, сложно. Все-таки он уже четыре года с нами. И в какой-то момент, когда к тебе проявляют регулярный интерес топ-клубы, возникает момент сомнений и размышлений. Но сейчас трансферное окно закрыто. Фабинью — профессионал высочайшего уровня. Мы объяснили ему причины, по которым он нужен нам. Он это понял и принял. Фабинью — один из важнейших игроков нашей команды.

— Зимой постараетесь удержать всех, или допускаете возможность каких-то продаж?

— Как правило, зимнее окно — не для того, чтобы делать продажи. Если речь идет о том, чтобы кого-то отпустить — то в первую очередь в аренду тех, кто по каким-то причинам не имеет игрового времени. Или точечно усилить команду, если что-то не удалось в начале. В любом случае это окно играет вспомогательную роль, и поэтому о каких-то серьезных трансферах даже не думаем. Зимой они в наши планы точно не входят.

— Наверняка вы видели подсчеты, согласно которым прибыль от продажи Мбаппе, Бернарду Силвы, Бакайоко и Менди по сравнению с их приобретением составила для «Монако» 631 процент. Как вам это удается — причем не первый раз?

— Видел эти цифры, но не перепроверял их. А как удается — это наш маленький секрет. Если мы им поделимся, то все остальные будут делать так же (улыбается).

— Какие спортивные задачи стоят перед командой на этот сезон, учитывая такие большие изменения?

— Мы амбициозны. Задача — пройти максимально далеко в каждом из четырех соревнований, в которых участвуем. Что касается удержания чемпионского титула, то это, безусловно, задача крайне сложная. Всем известно, кто в этом сезоне фаворит во Франции. Тем не менее мы выходим и будем выходить на каждый матч с желанием победить и заработать три очка.

ПАШАЛИЧ — ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ИГРОК. И ОТЛИЧНЫЙ ПАРЕНЬ

— В позапрошлом сезоне у вас в аренде из «Челси» был хорват Марио Пашалич, который сейчас перешел в «Спартак». Какую память о себе он оставил в «Монако»?

— Пашалич — очень хороший игрок и отличный парень. О нем остались самые позитивные воспоминания.

— У вас не было желания продлить аренду, или у «Челси», владеющего правами на игрока, были другие планы?

— Насколько помню, у него была травма спины, и вторую часть сезона он не играл. А дальше мы по тем или иным причинам решили не идти на выкуп и не продлевать аренду.

— В прошлом сезоне в «Аланьяспоре» вдруг раззабивался Вагнер Лав, который в последнем отрезке в «Монако» уже казался отыгранным. Ни разу не пожалели о том, что отпустили его? Может, как раз сейчас, после продажи Мбаппе и Жермена, он и пригодился бы?

— Очень за него рад. Но — нет, не пожалели. Думаю, что ему нужно было оказаться самым важным человеком команды, главным ее элементом, — и это, возможно, придало ему сил. В «Монако» это было невозможно. У нас и философия немножко другая, и уровень команды.

— Ласина Траоре, которого теперь вы пристроили в аренду в «Амьен», — гиря на ногах клуба, от которой вы все время пытаетесь избавиться?

— Думаю, это неправильное слово. Но очевидный факт, что карьера игрока складывается не так, как хотелось бы ему и нам. Для нас это менее критично с учетом того, что «Монако» удается делать в целом. А Траоре желаю удачи. Хотелось бы, чтобы он смог перезапустить карьеру. В первую очередь это важно для него самого.

«ЛУИ II» НА ВРЕМЯ РЕКОНСТРУКЦИИ ЗАКРЫВАТЬСЯ НЕ БУДЕТ

— Давно обсуждалась тема реконструкции стадиона «Луи II». Последние успехи «Монако» не повлияли на ускорение этого процесса?

— Буквально на днях правительство Монако объявило о решении реконструировать стадион. Для нас это замечательная новость — как и для всех других видов спорта Монако, поскольку стадион многофункциональный. Мы всегда поддерживали конструктивный диалог на эту тему и с руководством княжества, и с правительством. Это окажет самое позитивное влияние на развитие клуба.

— Сколько времени будет продолжаться реконструкция, и в чем ее главные особенности?

— Несколько лет. Детали только будут опубликованы в ближайшее время. Она будет идти постепенно и без остановки деятельности арены. То, что закрытия не будет, усложняет реконструкцию и делает ее более долгой и трудоемкой. Но с учетом территории Монако и отсутствия других вариантов это единственно возможный путь.

«Луи II» морально устарел, и все это осознали. Он не соответствует многим современным нормам УЕФА и критериям французской лиги. В частности, не соответствует необходимому уровню VIP-зона, которая в Монако, как вы понимаете, должна быть на уровне. Все эти задачи будут решены. Значительно расширится и станет намного более комфортной зона для почетных гостей, как и ложа прессы, и все помещения для игроков. Также в ближайшее время планируем начать строительство нового комплекса нашей футбольной академии.

— Вместимость «Луи II» останется прежней?

— В ходе реконструкции она сократится с 18 600 до 15 с небольшим. Для нас сейчас приоритет — не количество, а качество.

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Новости Зарубежного футбола