Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
18 мая 2016, источник: Спорт-Экспресс

День, когда победа ЦСКА подарила счастье фанатам «Спартака» и «Зенита»

Сегодня исполняется 11 лет со дня исторической победы ЦСКА в Кубке УЕФА.

Источник: Спорт-Экспресс

Мы публикуем воспоминания тогдашнего главного тренера армейцев Валерия ГАЗЗАЕВА, взятые из его новой книги «Путь воина».

Валерий ГАЗЗАЕВ:
«ДЛЯ НАПИСАНИЯ КНИГИ Я СНЯЛ С СЕБЯ ЗАЩИТНЫЙ ПАНЦИРЬ»

Издательство «Эксмо» в конце мая выпускает в свет книгу самого титулованного отечественного тренера в истории российского футбола. «Путь воина» обещает стать событием в спортивном мире.

— У создания вашей книги есть любопытная предыстория?

— Изначально эта книга задумывалась как рассказ о победе ЦСКА в Кубке УЕФА. Причем мы начали ее писать за несколько месяцев до победы.

— Как такое возможно?

— Мы сидели с Алексеем Зининым у меня в тренерском номере на базе ЦСКА в Ватутинках. Это было через несколько дней после первого четвертьфинального матча Кубка УЕФА. И Алексей сказал: «Валерий Георгиевич, ЦСКА ведь в этот раз выиграет Кубок УЕФА».

На что я ему ответил: «Я тоже в этом ни капли не сомневаюсь!».

«Так давайте напишем книгу о том, как это произошло. И к моменту победы в турнире у нас с вами будет готовое произведение».

Уже на следующий день мы начали работать над рукописью. Другое дело, что мы не ограничились Кубком УЕФА. Мы пошли дальше, на основании чего появилась книга «Приговорен к победе», а спустя 10 лет мы ее дополнили новыми взглядами, новыми мыслями, новыми откровениями, и получился «Путь воина».

— Нередко книги тренеров — для узкого круга специалистов. Вы же написали очень динамичное, живое произведение, которое легко читается даже теми, кто далек от спорта.

— Каждый публичный человек «функционирует» в двух режимах. В прессе, на телевидении, на пресс-конференциях мы стараемся говорить так, как принято, — то есть избегать острых углов, не раскрывать детали, обходиться общими фразами.

Настоящие же мы тогда, когда оказываемся, условно говоря, за кухонным столом, в кругу близких и друзей — там, где не нужно носить защитный панцирь. Здесь можно быть самим собой и говорить, не задумываться, как тебя поймут и как отреагируют. Именно вот такой мы и создали книгу.

— Насколько тяжело вам давалась работа над книгой?

— Было интересно и полезно, хотя местами это требовало мужества. Мой соавтор очень хорошо меня знает, и он сумел вытащить из моей памяти даже те случаи и истории, которые я был бы рад забыть. Я заново пережил все свои поражения, все свои потери. Но я понимал, что это необходимо, потому что мы старались создать честный и подробный труд об особенностях тренерской профессии.

Алексей ЗИНИН, глава Агентства стратегического консалтинга, соавтор книги:

— Валерий Георгиевич — один из самых обязательных и ответственных людей, которых я встречал в своей жизни. Поэтому работать с ним очень легко — все, что мы намечали, независимо от его титанической занятости, выполняли точно в срок.

За 17 лет тесного общения видел Газзаева в любых ситуациях, наблюдал трансформацию его личности, которая продолжается до сих пор. Он — человек большого масштаба, постоянно работает над собой. Это движение, эта энергия очень хорошо ощущаются по ходу прочтения книги.

Честно говоря, у нас с Валерием Георгиевичем — при том что мы прекрасно другу друга понимаем — были серьезные противоречия относительно высвечивания в книге ряда аспектов его жизни.

Причем на вопросы о своих падениях он отвечал с готовностью и предельно откровенно, не пытаясь понравиться, вызывал огонь на себя остротой суждений на щекотливые темы. А вот о своих сугубо положительных поступках говорить отказывался. Но мне очень хотелось, чтобы люди узнали настоящего Газаева — того самого, который за долгие десятилетия сохранил всех своих друзей и который всегда придет на помощь.

Работа над этой книгой, особенно над второй ее частью, — для меня полезный опыт со всех точек зрения. По отзывам футбольных людей могу сказать, что для многих из них эта книга стала руководством по психологии, мотивации и тактике. Надеюсь, читателям «СЭ» тоже будет интересно.

ДОРОГА К ФИНАЛУ.

Входя в 2005 год, я улавливал какой-то необъяснимый прилив сил. Когда ты проигрываешь, каждая частичка твоего тела страдает вместе с сердцем. Неудачные игры, недостигнутые цели лишают жизнь радости. Я все еще страшно переживал об упущенном чемпионстве-2004! Где бы найти такие слова, чтобы передать, как сильно я хотел взять у судьбы реванш? Та осечка, безусловно, многое мне дала. Она всем нам многое дала.

На первом же в новом сезоне собрании заявил команде: наша задача — быть в финале Кубка УЕФА. Чтобы игроки прониклись идеей, я уточнил: «Вы не подумайте, что я сказал вам про финал для красного словца. Вы сами своей игрой в Лиге чемпионов дали основания ставить такие цели. Это реально! Мы достигнем их, если вы будете в это верить, самоотверженно работать и делать все, что я вам говорю. У нас до встречи с “Бенфикой” остался ровно один месяц. Если мы здорово подготовимся и пройдем португальцев, нас уже никто не выбьет из турнира. Помните об этом и знайте: нам нельзя давать себе послабления и где-то себя жалеть. К 18 февраля вы обязаны подойти в оптимальном состоянии. Да, и еще: выкиньте из головы мысли о том, что зимой в России в футбол не играют. Мы будем играть!».

Я также заверил ребят в том, что мы будем ставить цель победить и на двух других фронтах. А для этого нужно запретить себе думать о том, что где-то может произойти накладка!

Конечно, это было нелегко. Каждый день, на каждом занятии я постоянно повторял: «Мы должны выиграть Кубок УЕФА, мы должны выиграть Кубок России, мы должны выиграть первое место в чемпионате. Должны! Должны! Должны!» Важно было добиться такого состояния, чтобы одержимость целью и чуть ли не умопомрачительное желание быть лучшим сидели у любого из ребят в печенках.

* * *

Ставку на Карвалью я решил сделать еще осенью 2004-го, когда Даниэл отыграл двадцать минут в Лондоне против «Челси». Видно было, что у человека не просто есть, но и наверняка проявятся необходимые качества. Тогда я не стал форсировать события, дал парню спокойно долечиться. Осознавал, что, если сумею грамотно подвести бразильского полузащитника к сезону, он произведет фурор. Причем не только в России, но и в Европе. Скрывать не стану, было непросто. Много бесед пришлось провести, чтобы Карвалью настроился на изнурительную работу, чтобы он позитивно взглянул на грядущий сезон и забыл обо всех своих прошлогодних проблемах. Постепенно убедил Даниэла, и он провел все сборы, все занятия, не пропустив ни одной минуты. Уже в Израиле в спаррингах он стал выдвигаться на ведущие роли. Заметно прогрессировал и другой легионер — Красич. Поэтому та оголтелая истерия в печати по поводу того, что, продав своих лидеров Иржи Ярошика и Сергея Семака, ЦСКА никого не взял взамен, не то что раздражала, но вызывала недоумение.

* * *

Непосредственно перед самим домашним поединком с «Бенфикой» я испытывал страшное волнение. У меня было ощущение, что именно та встреча станет для нас определяющей во всем 2005-м.

Свое волнение, которое неустанно возрастало, старательно скрывал. Никогда никому его не покажу! Даже в самой безнадежной ситуации, как бы меня ни трясло, буду говорить своим ребятам: вы самые умные, самые сильные. Тренер должен вселять в подопечных уверенность. Ни капли сомнений! Ни капли!

* * *

Накануне краснодарской проверки «Бенфикой» я много работал над своим настроем. Давно заметил, что если я приду на установку недостаточно отмобилизованным, даже если изложу все безошибочно, то поединок для моей команды не сложится. Как игрок подводит себя к матчу, так и тренер должен подводить себя к предматчевой установке: готовиться, заряжать себя энергией и верой. И в эти пятнадцать минут наставник обязан выжать себя как губка, отдать все, что у него есть. Это очень важный момент!

Входя в помещение, где пройдет установка, я уже знаю, какие лица мне предстоит увидеть. Я могу предсказать, куда, например, будет смотреть Рахимич, в какой позе будет сидеть Вагнер, будет ли блеск в глазах у Игнашевича. Я их всех чувствую. Хотя бывали случаи, в том же 2005 году, когда психологическое состояние ребят оказывалось лучше, чем я подозревал. И вот здесь требовалось ничего не испортить и не перегнуть палку. В такой ситуации иной раз достаточно сказать минимум слов — сделать заключительный мазок. Кстати, именно так было и перед краснодарской встречей с «Бенфикой».

* * *

Да, от меня ребятам достается. Команда — та же семья. Здесь вряд ли когда-нибудь будет все гладко. При штиле ничего не выиграешь. Выигрывают личности, а между ними всегда будут возникать конфликты. Это нормально! Убежден, если нет конфликтов — это аномалия. Другое дело, что каждый должен быть заинтересован быстро и эффективно эти конфликты исчерпывать.

Моя задача — свести количество падений к минимуму и научить команду быстро подниматься с колен. И ради этого я пойду на многое. Результат и качество любого продукта сегодня определяется уровнем конкуренции. И конкуренции не только с партнерами по команде, но и с самим собой.

Я часто повторял игрокам: «Вы вышли на такой уровень, что лишились права на рядовые матчи. В каждой встрече вы должны быть сильнее себя предыдущих. Болит у кого-то нога или нет — это уже никого не волнует. Вы обязаны быть в полном порядке в любом матче!».

* * *

Для того чтобы стать тренером высокой квалификации, человеку необходимо обладать очень мощным, фундаментальным характером. Признаться, не знаю выдающихся тренеров, которые были бы обыкновенными людьми.

Вот часто говорят об одиозности Лобановского. А я отказываюсь понимать, что плохого в том, что человек умел требовать. Требовать по-настоящему, беспрекословно. Я, например, свою трудовую деятельность всегда строил на полном доверии, но с высокой степенью требовательности. Причем достаточно жестко. Без этого нельзя! Блеф! Нужен диктат! Да, никто не собирается вмешиваться в личную жизнь футболистов, но есть общепринятые каноны, которые необходимо всем до одного выполнять в интересах дела. Я говорю о дисциплине, как игровой, так и бытовой.

* * *

Мне нет интереса быть вторым, пятым, тринадцатым. Я всегда говорю своим ребятам: «Нужно быть первым. Первый — это лучший, это особенный. Второй — это как все остальные. Выбирай, кем ты хочешь быть. Однако если тебя устраивает быть, как все, то мне нет никакого резона с тобой работать. Я хочу быть первым!».

Отношусь к игрокам точно так же, как к своим детям. Я хочу, чтобы они состоялись, потому иногда и давлю на них. То есть я воспитываю их, порой достаточно болезненно, но вряд ли кто-то любит их больше, чем я.

Впрочем, в 2005-м к «кнуту» я прибегал как никогда редко. Весь год я получал от работы с этими умными, талантливыми и амбициозными ребятами сплошное удовольствие. А началось все с того самого матча с «Бенфикой». После нашей убедительной победы над лидером португальского футбола я подумал, что мои слова о финале Кубка УЕФА впору считать пророческими.

Мы как-то очень быстро поймали кураж и впоследствии, выходя на остальные матчи Кубка УЕФА, всегда ощущали превосходство над соперником. Да, случались и «скрипучие» поединки. Тем не менее я всегда чувствовал, что наша уверенность при нас. Она никуда не девалась. У всей команды был такой настрой, при котором любой из игроков в трудную минуту мог подойти ко мне и сказать: «Да не переживайте, Валерий Георгиевич, завоюем мы этот Кубок УЕФА»! И я знал, никто ни меня, ни коллектив не подведет. Ни в коем случае!

И все же спорт такая хитрая штука, что здесь никогда нельзя терять концентрацию. Поэтому я постоянно задавал себе вопрос: где тонко?

В итоге получилось так, что все препятствия мы преодолели, и накануне полуфинального противостояния с «Пармой» я уже мог утверждать, что ЦСКА — суперклуб даже по европейским меркам. Поэтому никакого волнения перед встречей с итальянцами не было и в помине. А после того, как руководство пармезанцев повело себя некрасиво и пустило в ход разного рода хитрости для того, чтобы притупить нашу бдительность, я уже не сомневался: в Лиссабон поедем мы! Своим подопечным перед ответным матчем я тогда сказал: «То, что мы добрались до полуфинала, это хорошо, даже здорово для нашей страны, но сам по себе полуфинал ничего не значит. Ничего! Это лишь ступенька, которую предстоит пройти на пути к большой цели. Давайте сделаем это убедительно!». Ту игру, завершившуюся нашей крупной победой, считаю одной из лучших в сезоне. После финального свистка в раздевалке я вновь говорил с командой: «Ну что, задачу мы выполнили. Но теперь мы должны выиграть финал. Не исключено, что ни у кого из нас больше такой возможности в карьере не будет. Так давайте ее не упустим!».

ФИНАЛ.

С составом я определился с самого начала. Мы его старательно наигрывали, моделировали предполагаемые сюжеты финала и разрабатывали стратегию того, как действовать при том или ином развитии событий.

За два дня до матча я сводил команду в ресторан. Посидели, пообщались, я чуть ли не заставил каждого выпить по бокальчику красного вина. Полагаю, это помогло отвлечься. Я вообще стараюсь почаще создавать неформальную обстановку. В преддверии всех серьезных поединков мы собирались за одним столом выпить за наше единство и за наш победный дух.

* * *

В ночь на 18 мая заснул я чрезвычайно быстро. Помню только, что успел подумать: «Все будет хорошо!» и тут же «растворился». Сны не снились. Утром открыл глаза и прислушался к себе. Первое, что пришло на ум: сегодня наш день! Тут же ощутил легкое возбуждение — то самое, которое, как правило, испытываешь перед жестокой, но победной схваткой. Это было потрясающее состояние! Состояние полета!

Никогда не забуду все, что происходило в те сутки. Особенно то, что случилось в автобусе. Всегда перед отправлением на игру говорю команде «С Богом!», и ребята молча слушают. А на этот раз, впервые в моей карьере, в ответ раздались аплодисменты. У меня дрожь по телу побежала. Я сел на свое кресло и почувствовал прилив энергии: мне захотелось, чтобы матч начался как можно быстрее.

Оказавшись на месте, я столкнулся с банальной проблемой, справляться с которой тренеры так и не научились. Мне некуда было себя деть! Конечно, важно подойти к одному игроку, пошутить с другим, взбодрить третьего. И все равно вот эти час-полтора до стартового свистка летят особенно долго. Время рвется: то бежит, то замирает. Бывает, смотришь на часы, и кажется, что секундная стрелка стоит.

Но в Лиссабоне в какой-то момент пытка неожиданно прекратилась, и я испытал эйфорию. Почему-то вспомнил, как раньше сидел у телевизора, смотрел еврокубковые финалы и думал: неужели когда-нибудь и российский клуб окажется там? И не просто окажется, а в честь него будет играть музыка, ему будут рукоплескать болельщики, он будет совершать круг почета. Картинки из телевизора крутились у меня в голове. Я никак не мог поверить, что все, о чем мечталось, может стать явью. За нами уже наблюдал весь мир, и для того чтобы этот мир стал нам рукоплескать и устроил в нашу честь грандиозный праздник, от ЦСКА требовались «сущие пустяки» — взять ситуацию под контроль и выложиться по максимуму.

Однако дебютные тридцать минут получились на порядок тяжелей, чем я себе представлял. Натиск «лиссабонских львов» казался ошеломляющим, они были способны снести все на своем пути. Но я успокаивал себя тем, что надолго хозяев не хватит, да и ребята очень стойко держали удар. Тем не менее наши действия в созидании были далеки от идеала. Нам нужен был перерыв для того, чтобы внести коррективы. В раздевалке я разъяснил некоторые тактические нюансы. Но куда важнее было морально приободрить игроков. Я ничего не стал придумывать, сказал им правду: «Вы поймите, это финал Кубка УЕФА. Осталось сыграть 45 минут. Вдумайтесь! Через 45 минут придется рвать на себе волосы, если сейчас не исправим положение. Игра нам дается. Ничего страшного нет, что уступаем. Нужно отодвинуть игру от своих ворот и забить всего один гол. А там уже преимущество перейдет к нам».

Конечно, это большая наша удача, что Леша Березуцкий забил достаточно быстро. Но с другой стороны, мы этот гол давно вынашивали, репетировали, шлифовали его на тренировках. Сравняв счет, мы не просто воодушевились, мы нашли себя, а фортуна повернулась к нам лицом. Вскоре произошел второй кульминационный момент, когда «Спортинг» попал в штангу и Игорь Акинфеев чудом сумел забрать мяч. События развивались столь стремительно, что я даже не успел испугаться. А вот португальцы жутко расстроились, и пока они пытались привести себя в чувство, Юра Жирков забил второй гол. На этом судьба матча была фактически решена. Я тут же поменял Олича на Красича. Милош — очень быстрый, индивидуально сильный полузащитник. Он дважды мог забивать. «Спортинг» вполне логично посыпался, но мы ограничились лишь голом Вагнера, чего, впрочем, было предостаточно. Я и сегодня без труда воспроизвожу весь матч до мельчайших подробностей, настолько его через себя пропустил!

В последние три-четыре минуты до финального свистка на меня обрушился поток мыслей. Я их отгонял от себя, старался не вспугнуть удачу, но счастье разрывало меня изнутри. Я пытался его обуздать, а оно было таким огромным, что я уже стал терять ощущение реальности. С трудом сдерживал себя от соблазна выскочить на поле и начать делиться со всеми своей радостью, этим огромным, диким, не поддающимся описанию восторгом.

Я не знаю, сколько длились для меня эти три-четыре минуты. Вся жизнь пронеслась перед глазами. Все горькие моменты, все ошибки, все победы выстроились в одну большущую лестницу, которая поднималась куда-то высоко в небо. Я смотрел на все это со стороны и видел себя на самой верхотуре. А потом прозвучал финальный свисток, и мир перевернулся: я куда-то бежал, что-то кричал. Наверное, я выглядел как ребенок. Однако я имел на это право. Мне важно было подбежать к каждому из своих игроков, обнять его и сказать ему спасибо. Очень долго не получалось ухватить, передать то свое состояние, и только спустя месяцы стало приходить осознание, что все это действительно было со мной, и вот это осознание трансформировалось в какие-то слова. В июне-июле, например, я бы не смог описать ту картину триумфа, да и сейчас мне это дается с большим трудом.

Я даже не заметил, как ребята меня подхватили и принялись качать. Потом кто-то из друзей меня спросил, не испугался ли я, что в порыве страсти меня уронят? Да я этим парням доверял и доверяю полностью. С такими орлами грех чего-то бояться. Мы с ними — одно целое. Когда меня подбросили вверх, я готов был закричать: «Какие же мы молодцы!» После этого уже ничего не соображал. Захлебывался эмоциями. Наверное, это и была нирвана, о которой веками слагают легенды.

Много всего было незабываемого. Одна дорога до автобуса чего стоит. Все целовались и пели «День победы».

* * *

Потом весь автобус скандировал «Газзаев! Газзаев!», а я в знак благодарности отплясывал лезгинку. Ребята повскакивали со своих мест и тоже пустились в пляс. Мне казалось, что комфортабельное транспортное средство сейчас непременно развалится. Это было грандиозное веселье. Когда мы все по очереди горлопанили какие-то лозунги, я уже думал о том, что как раз ради таких моментов стоит работать, терпеть и преодолевать любые трудности! Был благодарен своим помощникам, администраторам, врачам, руководству. Ощущал себя главным тренером национальных героев и был признателен им за то, что они совершили почти невозможное! И, конечно, испытывал чувство гордости за каждого из них! Для тренера это, наверное, величайшая награда, когда люди, в которых он верил, зачастую вопреки многим обстоятельствам, покоряют такие рубежи.

Я также думал о том, что в лице ЦСКА Россия реабилитировалась по полной программе! Теперь об 1:7 придется забыть. И говоря об отношениях нашего футбола с португальским, будут вспоминать 3:1 со «Спортингом» и 2:0 с «Бенфикой».

Я был уверен в том, что наша победа даст импульс развитию футбола в стране. Мальчишки, которые сидели у экранов телевизоров и наблюдали наше награждение, получили живой пример того, к чему стоит стремиться. Они будут грезить большими успехами, они будут вкалывать с удвоенной энергией, и особенно приятно, многие из них будут стремиться в ЦСКА. Послезавтра к нам придут амбициозные пацаны, придут биться за громкие титулы.

Уже после, в интервью русского легендарного борца Александра Карелина я прочитал великую фразу: национальная идея — это искусство побеждать. Любая победа объединяет. А большая победа объединяет всю страну. ЦСКА на несколько дней поставил Россию на уши! Я не мог представить, что даже далекие от футбола люди будут так радоваться нашему успеху! Мне несколько дней казалось, что страна только и говорит о нашем успехе. Тешу себя надеждой, что каждый настоящий россиянин, независимо от своих клубных пристрастий, испытывал такое же чувство национальной гордости, как я. После прилета из Лиссабона в аэропорту счастливые фанаты «Зенита» кричали «ЦСКА — чемпион!», а мужики, облаченные в спартаковские флаги, скандировали «Молодцы!».

ЦСКА — обладатель Кубка УЕФА-2004/05. Слышал, что 19 мая весь город не вышел на работу. И это замечательно! Моя родная Осетия за последние годы перенесла много горя. Люди натерпелись, и мне было особенно приятно, что у них появился повод для радости.